Перейти в начало сайта Перейти в начало сайта
Журнал «Сумбур»
smbr.ru: Журнал «Сумбур»
Начало сайта / Худ. литература / Изнанка зеркала
Начало сайта / Худ. литература / Изнанка зеркала

Личности

История любви

Марина Цветаева

Худ. литература

Афанасьев

Андерсен

Бейтс

Бальзак

Бунин

Генри

Лондон

Мопассан

Эдгар По

Чехов

Изнанка зеркала

Страны и города

Украина

Деликатес

Разное

Изнанка зеркала

Оглавление

Шило Дарья

Глава III

Часть первая. Трясина повседневности

Стужев открыл глаза и сладко потянулся. Давно уже ему не удавалось так хорошо выспаться. Повернув голову, Сергей улыбнулся и, приподнявшись, легко поцеловал голубовато-серое плечо. Неспешно одеваясь, лейтенант всё продолжал думать о своём необычайно хорошем самочувствии.

– Надо практиковать подобное чаще, – подытожил он для себя и отправился к выходу.

Когда Стужев уже собирался открыть дверь перед собой, она внезапно распахнулась и в проём ввалился задыхающийся Стрельцов младший, спешно запирая её за собой.

– Ты идиот?! – с порога гаркнул Женя.

Сергей невозмутимо выгнул одну бровь и щелчком пальца стряхнул пылинку с погона.

– Я считаю, что половая жизнь между различными расами вещь допустимая. Более того, – он блаженно прикрыл глаза, приподняв подбородок, – я даже не ожидал, что орчиха может быть настолько хороша в постели. И, ты знаешь, они вовсе не грубые, как я себе...

– Придурок! – перебил его дубль. – Я не об этом! У неё есть брат!

– Ну, я подозреваю, что у неё и родители есть. И дедушка и... – довольная мина Стужева медленно сползла с его лица. – Брат. В смысле не дома. В смысле...

– Да, кретин! Он служит в нашей части. И это его хлопотами она работает завскладом.

Сергей выдержал небольшую паузу, а затем аккуратно спросил:

– Я надеюсь, он ещё не знает о нашем ночном мероприятии?

– Знаешь, Стужев, если бы ты прилагал хоть какие-то усилия к тому, чтобы вас не было слышно, сейчас бы молва о вашем «мероприятии» была бы на ушах у меньшего количества людей.

– И где же на данный момент находится тот, кто несёт мне неприятности? – с этим вопросом лейтенант потянул на себя дверь склада, открыв взору улицу.

Стрельцов посмотрел сначала наружу, потом опять перевёл взгляд на Стужева и указал обеими руками прямо по курсу, будто держа поднос. «Пожалуйте, кушать подано!». Лейтенант посмотрел в указанном направлении – в двадцати метрах от склада стояло несколько солдат и каратель, размахивающий ручищами. Он достаточно эмоционально изображал, что сделает с тем, кто прикоснулся к его сестре. После очередного взмаха граблями, один из солдат указал в сторону склада, отчего Стужев резко захлопнул дверь. Сергей нервно сглотнул, затем вдруг воспрянул от посетившей его мысли:

– Свалю через запасной выход!

– Это склад. Здесь нет чёрного хода, – равнодушным тоном подметил Женя.

– Э... ну ладно, где только наша не пропадала... И там пропадала, и там пропадала, – взгляд лейтенанта начал метаться из стороны в сторону.

Он ринулся обратно в помещение, Стрельцов последовал за ним.

– Что ты собираешься делать? – скрестив руки, он наблюдал за тем, как Стужев шарится на полках.

– Всегда говорил себе, даже если не идёшь в бой, носи с собой полевой инструмент... А? А, вот оно! – разведчик достал со стеллажа верёвку, кошку и несколько карабинов. – Это, конечно, не очень похоже на наш альпинистский набор, но, думаю, сойдёт. Учись, пока я жив!

– Ну-ну.

Со второй попытки кошка была заброшена на металлические перекладины под потолком ангара и Сергей, соорудив на всякий случай незамысловатую страховку, подтягиваясь, стал подниматься вверх. Однако на половине пути звук выбитой двери заставил лейтенанта дёрнуться, отчего предохраняющий карабин застрял на верёвке, блокируя дальнейшее движение. Стужев, сообразив, что произошло, лишь устало прикрыл глаза рукой:

– Ай, жёванный крот! Лучше бы так залез... Ненавижу собственные профессиональные привычки...

– А я сразу хотел сказать, что строительное снаряжение может не подойти, – подал голос Женя. – Но, подумал, что ты мастер-класс покажешь.

– Отстань! – рявкнул на него Сергей. – Вали лучше за кем-то из наших, чтобы, в случае чего, хотя бы труп отобрали.

Стрельцов послушался и скрылся за стеллажами. Лейтенант попробовал освободить верёвку от замкнувшего карабина, но безуспешно.

– Ну и чего ты тут делаешь? – раздалось за спиной.

Стужев перевернулся навзничь и увидел орка, размерами не уступающего крепкой лошади.

– Э... тренируюсь, – невозмутимым тоном ответил Сергей и стал раскачиваться взад-вперёд, изображая разные пируэты.

– Тренируешься, значит? Сейчас я устрою тебе... тренировку.

Орк в два шага оказался под Стужевым и прыгнул, взлетев метра на два. От такого зрелища, учитывая вес доспеха (а братец, кажись, только вернулся из похода, раз не успел переодеться), лейтенант аж поперхнулся. Такими темпами эта зараза точно его достанет рано или поздно. Сергей ещё больше раскачался и ловко изворачивался, заставляя орка прыгать, как разъярённую собаку в попытке достать мясо на верёвке. К тому моменту, как подоспели зрители и спасатели, орка это занятие вконец достало.

– Ха! Съел? – победоносно крикнул ему вдогонку разведчик.

– Сука!

Вместе с ругательством в Сергея полетела металлическая урна весом не менее двадцати килограмм. Увернуться от снаряда, летящего прямо по движению раскачивающейся верёвки, Стужеву не удалось. С оглушительным звоном урна соприкоснулась сначала с телом лейтенанта, затем с полом. Орк ушёл восвояси, а все остальные замерли в шоке от произошедшего.

– Да он его убил... – шепнул кто-то из толпы.

Через сборище зевак протолкнулся Поверкин и, увидев тело лейтенанта, безжизненно раскачивающееся на верёвке, тихо скомандовал:

– Лестницу... быстро.

Как ни удивительно, лестницы на складе не оказалось, а на её поиск и доставку ушло не менее пятнадцати минут. Когда её уже стали прилаживать, Сергей вдруг очнулся. И первое, что он сказал, было:

– Кажись, не попал.

Среди публики пронеслись облегчённые вздохи. Однако Игорь всё же махнул рукой какому-то рядовому, чтобы тот поднялся и помог Стужеву освободиться от верёвки. Лейтенант, вновь извернувшись вверх ногами, осмотрел публику под собой, взглянул на направляющегося к нему солдата.

– Не-не-не-не! – Сергей замахал на спасателя руками и, качнувшись прочь, выхватил клинок.

– Серёга, ты что, головой двинулся? – Поверкин ошарашено выкатил на Стужева глаза.

Разведчик, не утруждая себя объяснениями, быстро срезал ненавистный карабин и, подтягиваясь, взмыл под потолок.

– Дурак, он свалил уже! – крикнул кто-то вдогонку.

Ответа не последовало. Лишь мелькнули чёрные ботинки в дыре на крышу.

Стрельцовы, всё это время внимательно наблюдавшие за представлением, наконец, разразились диким хохотом. Через пару мгновений к ним присоединились новые голоса из толпы.

– А ну свалили все по своим углам, и чтоб я никого тут не видел! – хохот прервал громогласный крик Поверкина.

Зрители, всё ещё роняя слёзы и держась за животы, стали расходиться. Капитан задумчиво посмотрел на дыру в кровле и тоже отправился на выход. Оказавшись на улице, Игорь вновь обратил свой взгляд наверх – Сергей сидел на краю крыши, рассматривая часть с высоты птичьего полёта.

– Серёга, слезай! Он уже ушёл!

Стужев лишь молча посмотрел на Поверкина, а затем снова уставился вдаль.

– Я что сказал? А ну марш в казарму! – Игорь демонстративно топнул, подняв небольшое облачко пыли.

Лейтенант встал и исчез за краем здания. Игорь раздражённо цокнул языком, пошёл в обход склада. Очень скоро он обнаружил Сергея на другой стороне крыши, последний, лишь завидев командира, поднялся и опять удалился в другой конец. Поверкин повторил процедуру ещё несколько раз – результат оставался неизменным. Капитан устало вздохнул и поплёлся в казарму за альпинистским набором.

Поверкин аккуратно высунул голову через дыру в стальной кровле, чтобы Стужев его не заметил прежде времени. Убедившись, что его не видят, капитан поднялся во весь рост и осмотрелся – вид отсюда был прекрасный. Сквозь рваную облачность проглядывали лучи солнца, окрашивая часть в яркие радушные цвета. Со стороны берега веял приятный тёплый ветерок, Игорь подставил ему лицо и глубоко вдохнул. Хорошо.

Стараясь не греметь ботинками о сталь, Поверкин подкрался к Сергею. Разведчик сидел на самом краю крыши, поджав под себя колени и упёршись в них подбородком.

– Наслаждаешься пейзажем? – Стужев дёрнулся от неожиданности. – Да сиди...

Капитан устроился рядом, внимательно осматривая Сергея.

– Ты как? Ничего не сломано?

Лейтенант отрицательно помотал головой.

– Может, всё же в лазарет заглянешь?

– Во что я превращусь, когда медперсонал начнёт лечить сплошной синяк на правой стороне моего тела? – скептически подметил Стужев. – Сам подлечусь, зарастёт, как на собаке.

Игорь достал портсигар и извлёк из него пару сигарет.

– Будешь?

Сергей молча посмотрел на угощение, благодарно кивнув, принял сигарету. Стужев не курил, но за компанию мог иногда себе позволить.

Несколько минут они сидели молча, время от времени стряхивая пепел за край кровли и наблюдая, как серые комочки подхватывает потоками воздуха и уносит вдаль.

– Я одного не могу понять, – Игорь первым прервал молчание, – тебе что, баб мало?

– Ну... – Сергей тряхнул головой, поправляя густую чёлку. – Как сказать...

– Да как есть, так и говори.

– Зачем отказывать, когда...

– Дают – бери, проще говоря. Ага? – Поверкин посмотрел на Стужева. – Я устал от жалоб на тебя, юбочник ты хренов.

– Да я же не специально... – Сергей повернулся к капитану.

Игорь не выдержал и громко рассмеялся:

– Что, прости?

– В том смысле... Я не знал, что у неё брат есть. Ты меня не предупредил.

– Ах, я не предупредил! – развёл руками капитан. – Так откуда же мне было знать, что тебя не только хадаганки интересуют?

– Да я тогда и сам не знал этого... – признался Стужев.

Поверкин последний раз затянулся и, потушив бычок, запулил его вглубь крыши.

– Ну так что теперь, мне информировать тебя ещё и по орчихам?

– Выходит, да...

– Я надеюсь, насчёт восставших нет нужды заводить разговор? – Игорь пристально посмотрел на Сергея.

– Да ну... Я не по этим делам, – отмахнулся от него Стужев, затем, немного подумав, спросил. – А что? Есть симпатичные?

Поверкин лишь устало прикрыл глаза рукой.

* * *

– Давай, не стесняйся, – Ремнёв поманил жестом Сергея. – Нападай.

Стужев сделал два быстрых шага в сторону противника, дёрнулся влево, изображая выпад, но вдруг резко сменил направление, пытаясь зайти старлею со спины. Алексей вовремя среагировал, уловка не сработала, и клинки лейтенанта выбили яркие искры из металлической поверхности наручей. Ремнёв тут же подсел и нанёс два глухих удара Сергею в живот. Последний отступил, резко выдохнув, но сразу же перешёл в атаку. На этот раз он попытался достать учителя колющим движением, полагаясь на длину руки и клинка.

– Хорошо! – похвалил Ремнёв, отпрянув. Лезвие проскочило в сантиметрах от его носа. – Вот это уже что-то! Клинок это...

– Продолжение руки, – подхватил Сергей, не ослабляя напор.

Серия молниеносных атак обрушилась на старлея и он стал постепенно отходить назад. Стужев впал в раж и двигался теперь исключительно плавно, пресекая любые попытки противника перейти в наступление.

– Молодец! – вновь воскликнул Алексей. – А вот этого ты ещё не пробовал.

Ремнёв пустил два последних удара Сергея по касательной, заставив тем самым его открыться, немного присел, а потом резко прыгнул в направлении оппонента, выставив ноги вперёд. В следующее мгновение он, как пружина оттолкнулся от торса Стужева, красивым сальто отлетел на три метра назад и мягко приземлился. Сергей же, в свою очередь, уже лежал на земле в попытках оправиться от удара головой о землю. Алексей ещё одним прыжком подскочил к противнику и приставил к его горлу клинок, окончательно присвоив себе победу.

– Не мутит? – старлей пощёлкал пальцами перед носом Стужева.

– Да нет, вроде... Но приложился крепко...

– Хороший приём, ага?

– Ага... – Сергей поднялся, помотал головой и тут же сморщился от боли.

– Вот чтобы такого не случалось, на будущее – учись группироваться, – Ремнёв ещё раз заглянул в глаза лейтенанту. – И, собственно, было бы полезно обучиться самому приёму.

– Что-то мне подсказывает, что он срабатывает не во всех случаях, – Стужев, потирая затылок, рассматривал соседские пары.

– Ну да, – Ремнёв обратил внимание на группу орков, отрабатывающих выпады. – Тушу побольше таким трюком не свалишь. Мыслишь верно, это хорошо. Однако, настоятельно рекомендую. В любом случае, – Алексей похлопал ученика по плечу, – поработал ты уже очень хорошо. Отойдёшь немного, займёмся с тобой тактикой ведения ближнего боя против проныр.

В груди Сергея вдруг разлилось приятное тепло. Не подавая виду, он отдал честь замкому и, получив разрешение удалиться, побрёл в свою казарму. На пути он всё же не сдержался и растянулся в улыбке до ушей. Осознание того, что его, наконец, признал Лёша, грело душу и поднимало настроение.

Глаза лейтенанта вдруг остановились на модуле лазарета. Сергей затормозил, на секунду задумавшись, а затем, мысленно махнув рукой, повернул в медпункт.

– Привет, – бросил с порога Стужев, опёршись плечом на косяк.

– И тебе не хворать. Чего припёрся? – медсестра окинула лейтенанта оценивающим взглядом. – На вид ты совершенно здоров.

– Голова кружится...

– Ой, не начинай. У меня твои дифирамбы уже в печени, – перебила его девушка.

– Я серьёзно, – Сергей не сдержал улыбки. – Меня замком головой о земельку приложил.

– И правильно сделал. От меня-то ты чего хочешь?

– Лекарство от головной боли... – Стужев подошёл к столу, опёрся на него обеими руками, посмотрев на медсестру сверху вниз.

– О, я поняла, к чему ты клонишь, – сестра вдруг сменила тон на мягкий и доброжелательный. – Ну пойдём... на процедуры.

* * *

Поверкин ещё на подходе к казарме услышал дикий гогот. Слегка нахмурив брови, капитан прислушался – смех действительно раздавался из его барака.

– Товарищ капитан, в расположении... – подорвался дневальный, но Игорь махнул на него рукой, проходя глубже в казарму.

– Чегой-то тут творится? – капитан подошёл ко взводу, столпившемуся возле одной койки.

– Дядь Игорь! Хорошо, что ты тоже успел, зырь! – дубль младший обеими руками указал на предмет потех всего взвода.

Поверкин несколько секунд молча изучал то, что открылось его взгляду. Затем сперва стал растягиваться в улыбке до ушей, а мгновение спустя залился беззвучным смехом, закрыв лицо обеими руками.

– Ну должно же когда-то было снизойти на тебя страшное возмездие!

Сергей исподлобья посмотрел на капитана, почесав «израненное самолюбие». На чисто выбритом затылке красовалась яркая надпись зелёнкой – «думаю не этим местом».

– Ну, хочешь, мы тебе весь затылок замажем, слов тогда не разберёшь, – сквозь смех предложил Цагрин.

– Слушай, – присоединился к нему Шашкин, – а «там» она тоже подписала? Ну, что мол, тут да, тут у меня мозговой центр!

– Да отвалите уже! – зашипел Стужев. – Животы ещё не надорвали?

Народ стал расползаться – спать всё же хотелось. Рядом остался только Поверкин.

– Кажется, ты больше всего переживаешь вовсе не из-за раскрашенного затылка, – Игорь подсел рядом, снова разглядывая надпись.

– Ты сама проницательность, – уныло буркнул Сергей. – Ленка, похоже, сильно обиделась.

– То есть, тебя печалит её душевное состояние, а не собственное? – Поверкин удивлённо посмотрел на лейтенанта.

– Вот чтобы не врать самому себе... хотя бы... Да, распустился я. Последнее время... Но Лена для меня не «очередная» и... – Стужев нахмурился, подбирая слова. – Да обсуждали мы с ней уже сотню раз это! И, вроде как, остановились на том, что её не сильно заботит, что у меня там на стороне. Да и я...

– Хорош, – тормознул его Игорь. – Ты сейчас несёшь бред пацана, который не в состоянии в себе определиться.

Лейтенант поджал губы от обиды, но промолчал.

– Ты реши, что тебе нужно – девушка, ради которой ты будешь себя ограничивать, та самая «не очередная» или сперва как следует нагуляться надобно. Тебе, блин, двадцать шесть лет, а ведёшь себя, как мальчишка допризывного возраста. В этом плане, – капитан поднял указательный палец, поймав совсем обиженный взгляд Стужева. – К твоим профессиональным привычкам у меня претензий нет. Почти.

Сергей отвернулся в задумчивости. Поверкин помолчал немного, потом, по-дружески толкнув разведчика в плечо, попытался смягчить тон:

– Серёг, да всё я прекрасно понимаю. Здесь война, всем тяжело. Я счастлив, что ты не из числа придурков, снимающих стресс путём вытирания ног о окружающих. Да, есть от тебя своего рода проблемы. Да, порой меня утомляет возня с вами, но это моя работа. Я бы даже сказал, мой долг. Дубли куролесят, головорезы бесконечно в карты играют, за что генерал меня очень неприятно треплет за шкирку, ты вот по бабам... Хорошо хоть вторая группа остепенилась окончательно, – последние слова капитан произнёс с облегчением в голосе. – В данной ситуации прислушайся к моему совету. Не пытайся мешать романтику с прагматизмом. Это отвратительно выглядит со стороны, а в отношении Лены – вообще мерзость. Понимаешь ведь, о чём я?

– Ага... – вздохнул Стужев.

– Пойдёшь, поговоришь, да обязательно извинишься. Понял?

– Само собой, – ответил Сергей, поправляя чёлку.

Игорь проводил взглядом руку лейтенанта, пожевал губами и указал на густую прядь волос, спадающую ему на лицо.

– А этот блядский локон я тебе как-нибудь отстригу, чесслово.

Стужев резко отстранился.

– Живым не дамся. По уставу прокатывает, под берет прячу и все дела. Так что ничего такого. А женщинам нравится.

– Вот именно поэтому. Ладно, спи, – Поверкин уже собрался уходить, но вдруг вспомнил. – Ах да, Лёха тебя хвалил. Ну и я присоединяюсь. Завтра поучаствую в твоей тренировке, так что готовься.

Утром Сергею отчего-то не спалось. Может, из-за грядущей тренировки, которая вызывала у него волнение, подобное тому, что испытывает будущий курсант перед экзаменами. А может, от того, что ещё предстояло зайти к Лене на серьёзный разговор, с предметом которого он даже не определился. Стужев был готов поклясться, что неожиданный рейд на дальние заставы Лиги сейчас бы его даже порадовал, лишь бы все остальные дела получили отсрочку. Не дожидаясь криков дневального, лейтенант выбрался из койки, неспешно оделся и отправился на улицу.

Следы сумерек уже начали покидать часть, передав её в объятия серого тумана. Сергей поёжился от холодной утренней влаги, пару раз шмыгнул носом и, прикрыв глаза, глубоко вздохнул. Нужно было отдать должное местной природе – свежий воздух неизменно бодрил, а также ненадолго прогонял лишние мысли из головы.

Мир вокруг вдруг стал окрашиваться в тёплые рыжеватые тона, извещая о появлении солнца. Вместе с первыми рассветными лучами запела труба, по территории понеслись приглушённые крики из модулей, через мгновения перерастая в гул пробудившихся военных. Часть оживала, наполнялась движением, повседневными заботами, командным голосом начальства и топотом сапог.

Сергей принялся за разминку. Отжимаясь, он попутно следил за происходящим вокруг. Вот рота солдат вышла на утреннюю пробежку, чуть дальше каратели портят манекены – бегать их не заставишь, да и не требуется им подобное, эти груды мышц и так в постоянном движении. В модуль лазарета неторопливо подтягиваются сёстры, навстречу им выходит сонная Лена с ночной смены. Проходя мимо казарм разведчиков, она прячет взгляд и изображает заинтересованность в серой стене модуля напротив. Откуда-то издали слышен надрывный крик комиссара. Туман постепенно рассеивается, опадая росой на землю, утренняя серость плавно перетекает в яркие освещённые тона. Из казармы позади, зевая и потягиваясь, выбирается и его взвод.

– О, Серёга, молодец! – одобрил Поверкин, приблизившись. – Давно встал?

– С полчаса... Игорь, слушай... – Сергей замялся, так и не продолжив.

– Ну? – не отвлекаясь от разминки переспросил Поверкин.

– Чего-то я расклеился, – признался, наконец, Стужев. – Вроде бы всё и нормально, да только... – лейтенант тяжело вздохнул, прикрыв глаза. – Сам не знаю.

– Не переживай, это не у одного тебя.

– Серьёзно? – удивился Сергей. – А в честь чего?

– Мы когда последний раз в рейд выходили?

– Позавчера.

– Чего мы там видели?

– Кусты.

– А ещё?

– Ещё кусты, – Стужев невольно улыбнулся.

– Правильно. Тягомотина пошла, Серёга, – капитан поморщился, осматривая часть. – Ладно бы, нам давали отдохнуть в честь затишья, но нет, разведка на то и разведка...

– К тому же, с провиантом проблемы не на одну недельку, как сулили, – к разговору присоединился Шашкин. – Кажись, это дело затянется.

– Откуда знаешь?

– Головорезы разнюхали. Их заботы о своих животах тревожат в первую очередь.

– Игорь, а сходи к генералу, выпытай у него чего стряслось, м? – попросил Ремнёв.

– Я вам что, мальчик на побегушках? – возмутился капитан. – Тем более, у Сечина не приёмное бюро. И что изменится, если вы узнаете, что жратвы не будет, как и не было? Полегчает?

– Да чего ты завёлся? – попытался успокоить его замком. – Могли бы сами к генералу в кабинет, как к себе в казарму, завалиться с дружеским «здрасте», даже и не подумали бы тебя напрягать. А неизвестность на душе камнем висит. Разузнай, а?

– Ладно... – устало протянул Поверкин. – Схожу, но позже. Серёга, ты готов?

Стужев отвлёкся от махов ногами, удивлённо уставившись на капитана.

– Что, уже?

– А когда тебя в очередной раз по тревоге ночью подымут, такой же вопрос задашь? – ухмыльнулся Ремнёв. – Диверсант должен быть всегда готов!

– Да я думал, вам сейчас некогда будет со мной возиться...

– Хватит паясничать, доставай оружие. Мы с реквизитом или без? – старлей обратился к капитану.

– Не, Лёшь, без выпендрёжа. Не умеешь ты сетью размахивать, смирись уже. Дубли, ко мне!

Братья, услышав, что их зовут, отвлеклись от разминки, плавно перетёкшей в валяние дурака, и поспешили к Поверкину.

– Да, дядь Игорь?

– Серёгу хотите помучать? – Стрельцовы закивали головами. – Будете гибберлингов изображать, третьим Лёша встанет.

– Э-э-э... – протянул Сергей в недоумении. – Они же раз в пять здоровее.

– Суть данного поединка будет в другом. Ты должен научиться следить за каждым.

Без какой-либо команды Женя вдруг подскочил к Стужеву сзади, отвесил ему пинок, затем, немного изменив вектор движения, стянул ему берет на лицо. Когда Сергей смахнул помеху с глаз – сразу же получил удар от Ремнёва запястьем в подбородок. Челюсть отозвалась резкой болью, зубы звонко стукнули друг о друга, а в глаза ударил сноп искр. Лейтенант оправился быстро, но этого было недостаточно – Стрельцов старший ухватил его за освободившуюся от берета чёлку и со всей силы дёрнул вниз, отправив Сергея лицом в землю.

– Под берет прячу и все дела... – издевательским тоном напомнил капитан.

Надрывно скрипя зубами, Стужев перекатился на спину и рывком поднялся на ноги. В глазах блеснула злоба, взгляд заметался, вычисляя местонахождение противников. Андрей с левого фланга, Ремнёв перед ним, младшего дубля не видно. Сзади кто-то тихо шаркнул, Сергей, положившись на слух и интуицию молниеносно ушёл вправо, стараясь одновременно повернуться к врагу и не потерять из виду других двух оппонентов. Евгений, промахнувшись, попытался остановиться, но Стужев толкнул его в спину, усиливая действие инерции. Стрельцов споткнулся, Сергей предпринял попытку окончательно уложить его, но последнего вовремя прикрыли союзники. Лейтенант получил удар под колено от Алексея, правая нога подкосилась. Старший дубль довершил начатое, потянув противника за ворот на себя. Стужев второй раз полетел носом в землю, но теперь успел сгруппироваться, подставив локти.

– Меняйтесь! – скомандовал Поверкин. – Лёша, Андрей, отходите. Гриша, Боря – в круг.

Шашкин с Цагриным приняли эстафету и без пауз взялись за лейтенанта. Дождавшись, когда Сергей поднимет глаза, Григорий пнул сухой грунт, отправив облако пыли и песка ему в лицо. Старшина прыгнул на противника сверху, заламывая одну руку. Стужев попытался вывернулся, Борис сразу же применил болевой. Шумно выдохнув от боли, Сергей хлопнул ладонью по земле.

– Я думал, ты ещё успеешь вторую пару утомить. Отпускай, рука ему ещё понадобится, – махнул Игорь.

Шашкин слез с лейтенанта, тот, продолжая отплёвываться, сел на колени. Из покрасневших глаз обильно текли слёзы, Сергей учащённо моргал, стараясь прогнать остатки пыли.

– Ошибка?

– Повалят на землю – считай, проиграл, – Стужев процитировал капитана.

– Запомнил, хвалю. Но ответ не верный. Ещё идеи есть?

– Никак нет.

– Суть этой тренировки не в драке. Ты должен научиться держать их на виду. Сейчас тебе следовало уходить от атак. Готов повторить?

Сергей крепко зажмурился, затем последние несколько раз моргнул и поднялся на ноги.

– Думаю, да.

– Поехали.

Стужев, недолго думая, отскочил назад, увеличив тем самым дистанцию.

– Не увлекайся, – покачал головой Поверкин. – В джунглях такой возможности может не быть.

«Гибберлинги» опять разделились и пошли в атаку с разных сторон. Первым к Сергею двинулся Цагрин, Стужев стал уходить от удара, но противник вдруг остановился на полпути, а вместо него атаковал младший дубль. На сей раз лейтенант не пытался блокировать или контратаковать и скользящим движением пустил удар противника по касательной. Отсчитав в голове мгновения, необходимые Стрельцову на то, чтобы вернуться на исходную, Сергей рванул на двух других оппонентов. Те приготовились к защите, но Стужев просто проскочил мимо, и в момент, когда все трое были готовы к новому ходу, он держал каждого в поле зрения. Шашкин вновь стал обходить его, Сергей ушёл в противоположную сторону, удерживая всю тройку в секторе обзора. Одновременно с этим манёвром ему удалось успешно увернуться от цепких рук Цагрина и выпада Жени.

– Довольно. Быстро суть уловил, стоило только дать небольшую подсказку, – капитан растянулся в довольной улыбке. – Теперь только практика.

– Молодцом, – Шашкин хлопнул лейтенанта по плечу.

– А мы... на завтрак опоздали... – наигранно всхлипнул Женя.

– Как будто там еду давали, – скептически бросил Ремнёв. – Меня уже от галет воротит, если честно.

– Отставить панику! – капитан поднял руку, возвращая себе внимание. – Всё просчитано. Вас, я смотрю, нисколько не смутил тот факт, что головорезов на зарядке не было?

– Я хотел спросить, но тут дело поинтересней было, – дубль старший кивнул в сторону Стужева. – Ну так где они?

– Сервируют нам стол, – Игорь посмотрел на часы. – По идее, уже всё должно быть готово. Пошли.

Стол был накрыт в бытовке, что сразу смутило Сергея. Лейтенант с неподдельной болью в глазах наблюдал, как с тарелки в неосторожных руках Клина капает жир, оставляя сальные пятна по всей комнате. Убить в себе трепетное отношение к чистоте за всё время службы на Святых Землях Стужев не смог, только лишь слегка погасить. С лёгким бардаком и запахом в казарме Сергей смирился и даже постепенно свыкся. Но место, где приводилась в порядок форма и не только просто обязано было блистать. И теперь это святилище порядка и эстетики варварски оскверняли.

– Не куксись, мы тебе поможем прибраться, обещаю, – успокоил Алексей Стужева, когда заметил, как тот поник. – Ешь давай. В большой семье клювом не щёлкают!

– Хороша кабанина! – похвалил Цагрин, отрезая очередной кусок от туши. – А с фруктами голяк?

– Ага, – отозвался Нагиб, – фрукты не бегают, так что вокруг части на километр всё ободрано. А далеко идти у нас не было времени.

– Значит, если пойдём на дальние заставы – набивать полные карманы, это приказ, – скомандовал Поверкин.

– А чего мы, как воры какие, прячемся? – опять смутился Стужев. – Почему не за модулем, как обычно?

– Уж точно не из скупости, – мягко улыбнулся Борис. – А лишь оттого, что набегут. Люди, когда голодные, про приличия, как таковые, напрочь забывают. Наши ребята, – он качнул головой в сторону орков, – не просто пошли в джунгли и взяли кабана, а, думаю, изрядно попотели.

– Как прокормить всю часть, – присоединился к объяснениям Ремнёв, – должен думать генерал или штаб. А как прокормить свой взвод, должен думать сам взвод. Так что, считай, сейчас каждый за себя.

– Согласен, вопросов больше нет.

Здоровая туша быстро превратилась в кучку обглоданных костей. Взвод прибрался в бытовке и разбрёлся по своим делам. Ремнёв с Шашкиным, как и обещали, остались помочь Стужеву привести комнату в исходное состояние.

– Закончили? – капитан снова заглянул в бытовку. – Лёша, Боря, идите поспите, я договорился.

– А я? – Сергей сделал бровки домиком.

– А ты тоже ночью дежурил? – лейтенант отрицательно помотал головой. – С какого рожна тогда примазываешься? Кстати, ты ещё не сделал всё запланированное на сегодня.

Стужев вопросительно посмотрел на Поверкина.

– К Лене дуй, склеротик, – капитан пригрозил ему кулаком. – И чтобы ни твоей, ни её кислой мины я больше не видел. И сопливых историй с детской присыпкой не слышал тоже. Через два часа здесь в полной готовности к продолжению тренировок.

Сергей лениво скривился – сейчас выяснять отношения ему совсем не хотелось. Однако проявить послушание всё равно придётся рано или поздно.

– Она спит сейчас. Разозлится ещё больше, да и нехорошо это – с ночной смены будить.

– Даже не пытайся меня переубедить. Если сейчас не пойдёшь – отъем тебе кусок головы чтением нравоучительных лекций. Отчитаешься по прибытии.

Через два часа, как приказал капитан, Сергей вернулся. Он заглянул в канцелярскую – Поверкин был на месте.

– Ну что? – не поднимая глаз, спросил Игорь, когда Стужев появился на пороге.

– Что... Сказала выбирай – либо наши отношения развиваются, ну там, налево ни-ни, свадебки, пелёнки, либо дуй к демонам...

– А ты?

– Высказал мнение по поводу того, что нашлёпка в паспорте лишь портит малину. И какие могут быть дети, если я боевой офицер разведки.

– Ясно. Рад, что всё закончилось, – Поверкин поставил точку в отчёте и аккуратно уложил его в папку с остальными бумагами.

Стужев промолчал, но наградил капитана взглядом, в котором можно было прочитать обиду, возмущение и обвинение одновременно.

– Серёжа, – начал было Игорь.

– Не начинай! – перебил его Стужев. – Когда ты делаешь такой тон... Короче, я не готов сейчас к ещё одной порции нравоучений, у меня и так мозги поплывшие после общения с Леной. И, между прочим, это моя личная жизнь. К тому же, что за неприятие отношений? Как будто у тебя самого девушки нет.

– Встать, – резко скомандовал капитан. – Такой тон вам по нраву, товарищ лейтенант?

Сергей подорвался с табурета, скрипнув зубами от осознания того, что его в очередной раз занесло.

– Придётся провести разъяснительную беседу про отличие походно-полковых загулов от военно-полевых романов. Отношения, – Поверкин сильно акцентировал это слово, – приучают человека к отвётственности, вырабатывают в нём сдержанность, умение решать конфликты. А твои гуляния на все стороны превращают тебя в раздёрганную тряпку. Ты, как паскудник, везде успел, напакостил и был таков. А тут тебе любви и романтики подавай, но чем-то жертвовать, а именно своей свободой, ты ради этого не готов. Отшила, говоришь. Да я бы, на её месте, за такое мерзкое поведение по отношению к себе укоротил бы тебе некоторые запчасти. И ещё, не льсти себе мыслью о том, что меня сильно волнует твоя личная жизнь – здесь ты круто ошибаешься. Меня заботит только одно – твоё психическое состояние, из которого формируется боевой потенциал. Мне не приносят ни капли удовольствия твоя кислая мина и общая несобранность. Твой ум должен быть чист и свеж, точно также, как и тело – на поле боя это стоит жизни. И... – капитан знал, что этим он попадёт точно в болевую точку Сергею, – не только твоей, но и окружающих.

Стужева ещё в начале этой беседы посетило желание забиться в какой-нибудь тёмный тёплый угол, где его никто не будет трогать хотя бы в течении часа, и сейчас оно усилилось в стократ.

– Игорь, а можно я пойду, переварю всё сказанное в течении получаса... В одиночестве... У себя на койке?

– Стужев, ты разве не понял, что тебе удалось всерьёз меня разозлить?

– Я больше так не буду, – Сергей виновато шаркнул ногой.

– Что за внеуставное общение?

– Виноват, товарищ капитан. Больше не повторится.

– Сам себя не обманывай. Иди, буди Лёху с Борей и остальных собирай.

Перед тем, как стать в круг, Стужев аккуратно заплёл чёлку кожаным обрезком в остальную массу волос и только потом надел берет. Капитан, наблюдая за этим действом, лишь устало покачал головой.

– Дуракам закон не писан... – совсем тихо подытожил для себя Поверкин. – Делитесь: Гриша, Женя и Андрей против Лёши.

– А я? – удивился Стужев.

– Ты сейчас внимательно наблюдаешь за «пронырами» и стараешься понять, как они работают в тройке. Потом будешь пытаться повторить.

Сергей смотрел за поединком, но уловить суть с первого раза ему не удалось. Со стороны бой ничем не отличался от того, что он видел, будучи их противником. Игорь, глядя на Стужева, сообразил, что лейтенант не видит разницы.

– Ладно, Серёга. Проще будет тебе на практике объяснить.

Стужев занял место среди «гибберлингов». Цагрин и Ремнёв покинули круг, оппонентом встал Поверкин.

– Я специально поставил тебя вместе с дублями, – пояснил капитан, – они лучше любого из нас работают в паре, многие их неполной гибберлингской тройкой называют. Держись пока за их спинами и пробуй поймать общее настроение и темп. Ты удивишься, насколько это отличается от привычного боя в одиночку.

Капитан пошёл в атаку, дубли брызнули в стороны, сразу же плавно обволакивая Поверкина с двух сторон. Выпад, уход в сторону, удар, снова уход – с переменной успешностью атаки дублей достигали Игоря, постепенно выбивая его из колеи. Сергей, наконец, начал замечать, что Стрельцовы не только слаженно работают, но и очень живо общаются между собой. Зная, как сражается капитан в рукопашной, было очень удивительно наблюдать, как он постепенно сдаёт позиции противникам.

– Теперь попробуй влиться, – Игорь махнул Стужеву.

Лейтенант попытался работать подобно дублям, но ничего не вышло. Через десять секунд капитан сидел верхом на младшем Стрельцове, одновременно удерживая Сергея в болевом захвате, старший дубль жевал грунт немного в стороне. Указывало это лишь на одно – Стужев в поединке дублям лишь мешал.

– Не верно. Мыслишь ты не верно, – вмешался Ремнёв. – Ты думаешь, что работаешь в команде, как мы это обычно делаем, сталкиваясь с врагом джунглях. Но сейчас ты не диверсант, ты проныра. Ты должен почувствовать себя одним целым с дублями. Чтобы победить своего врага, важно научиться думать, как враг, иначе ему будет очень просто тебя одурачить.

– С первого раза не выйдет, Лёха, не старайся. Некоторые из присутствующих смогли понять суть только в бою с реальными пронырами. Так что это нормально, Серёж, не вздумай переживать.

– Ты руку-то отпусти... – простонал Сергей.

– Гибберлинги не сильнее хадаганцев, у них есть множество минусов, – начал капитан, вставая с дубля. – Было бы иначе – мелюзга охотилась бы на нас ежедневно. Кровавые драки – удел других специальностей, у разведчика задачи иные, но это не значит, что ты не должен уметь за себя постоять. Таких проблем только у головорезов нет, у них умение убивать стоит выше навыка добывать информацию. У нас иначе, но данные разведки ещё и необходимо уметь защитить. Не откладывай в долгий ящик, – Поверкин посмотрел на Сергея, – комбинируй тренировки, старайся больше наблюдать. Когда-нибудь упорные старания спасут тебе жизнь.

– Ты же сам как-то говорил мне, – напомнил Стужев, разминая ноющую от боли руку, – что одиночка всегда сильнее группы. Поскольку имеет большую свободу манёвра.

– Да, говорил. Надеюсь, ты запомнил, что я сказал тебе после – это работает лишь в том случае, если группа не подготовлена специально для ведения совместных действий. А гибберлинги даже больше, чем группа или команда. Они работают подобно пальцам на одной руке, и слаженность превращает эти пальцы в единый кулак.

– Так их же трое, – разглядывая пыльную пятерню, пошутил Женя. – Стрёмный кулак получается.

– Хочешь, могу и тебе трёхпалые ручки сделать.

Стрельцов младший растянулся в улыбке, но руку за спину всё же спрятал.

– Кажется, начинаю понимать, – отозвался Стужев.

– Да нет, Серёжа. Понимать ты их начнёшь, когда перестанешь видеть в них отдельные пальцы, а увидишь руку. Когда сам попытаешься действовать хоть немного похоже.

* * *

– Вот наша работа на завтра, – капитан положил бумаги на стол, закуривая сигарету. Сергей зыркнул на него исподлобья. – Холодно, не пойду на улицу курить, товарищ бытовщик.

– Нифига там не холодно, тебе просто лень, – обиженно процедил Стужев.

– Пока тебя тут не было, такое чудо, как «курить на улице», вообще не существовало.

– Я только за бытовку просил. На казарму это не распространяется.

Игорь осторожно притушил початую самокрутку и положил её обратно в портсигар.

– Доволен?

– Да, – лейтенант мило улыбнулся. – Только я до сих пор не понимаю, почему ты сводку мне демонстрируешь.

– Потому, что ты идёшь один. Мы будем заняты другими делами.

Сергей удивился, сразу появилось несколько вопросов. Размышляя о их целесообразности и о том, какой задать первым, Стужев почесал кончик носа. Капитан хрюкнул от смеха.

– Ты чего?

– На руки свои посмотри, – посмеиваясь, сказал Поверкин.

Лейтенант опустил глаза – пальцы его были изрядно вымазаны в гуталине.

– Ой...

– Камуфлировать морду завтра будешь. Перед выходом. Подробности в документации, – капитан изменился в лице, став серьёзным. – Не дрейфь, я в тебе уверен.

* * *

То, что Игорь полагался на Стужева, грело душу и приносило уверенности в себе. Однако, работать без группы было непривычно и волнительно. Задача перед ним стояла несложная, по словам Шашкина, больше скучная: лейтенанту предстояло целый день просидеть в укрытии, наблюдая за вражеским лагерем.

Первые три часа прошли спокойно, в станице стояла тишина, лигийцы отдыхали и занимались мирной деятельностью, пару раз проходили конвои: численность воинов и наличие груза Сергей записал. «Ничего необычного» – хмыкнул про себя Стужев. – «Скорей бы уже в часть вернуться».

Ещё спустя полчаса диверсант почувствовал, что его сильно тянет ко сну. Сергей мысленно ругнулся на скучность задания, ничто другое не могло нагнать дремоту, ведь он специально как следует выспался. Пытаясь прогнать сонливость, лейтенант несколько раз моргнул и тряхнул головой – вроде помогло. Боковое зрение уловило нечто необычно яркое, разведчик присмотрелся, прищурив глаза – по лагерю свободно разгуливала огромная рыжая гидра.

От увиденного Стужев слегка сконфузился. Гидра скрылась из виду за высоким забором, а в станице продолжало царить спокойствие. Лейтенант отбросил дурные догадки на счёт того, что лигийцы научились приручать местную крупную фауну и присмотрелся вновь. Тишина. Спустя несколько секунд гидра с необычно ярким окрасом покинула список того, что могло удивить Сергея, так как его взору открылась ещё более странная картина. Несколько ратников, глупо улыбаясь, залезли на забор. Воины удивительно легко балансировали на остриях частокола, особенно, если принимать в расчёт вес их доспехов. А от того, что произошло дальше, у Стужева отвисла челюсть. Один из лигийцев присел, расправив руки подобно крыльям, и... полетел.

Лейтенант незамедлительно влепил сам себе пощёчину. В глазах мелькнуло, и Сергей ощутил себя лежащим на земле. Над ним стоял Поверкин с глубоким разочарованием и укором в глазах.

– Эх ты... Я... я так на тебя рассчитывал! Хотел дать тебе шанс показать себя! А ты...

Стужева как ошпарило. Он резко подорвался, со всей дури влетев лбом во что-то так, отчего в голове на мгновение померкло и заискрило. Открыв глаза, он понял, что это коряга, под которой он всё это время лежал. Игоря рядом не было. Правая лопатка неистово зудела, диверсант потянулся почесать её и нащупал нечто круглое и твёрдое.

– Ах ты скотина... – протянул Сергей, разглядывая небольшого жучка в своей руке.

Сонный жук смотрел на лейтенанта грустными фасеточными глазками, шевеля крохотным хоботком.

– И не накажешь ведь... – ухмыльнулся Стужев.

Выглядел этот вид кровопийц действительно слишком мило, чтобы придавить его, как назойливую муху. А для диверсанта иссиня-чёрный жучок ещё и нёс в себе много пользы. Секрет, выделяемый им перед трапезой, валил с ног не хуже, чем отвар зюзника и валерианы. Местные разведчики неслабо экономили время и деньги, используя его вместо трав при изготовлении сонных стрел и болтов.

– Будет у наших питомцев новый друг, – лейтенант извлёк из подсумка специальную склянку и усадил в неё жука.

Затем глянул на часы и облегчённо выдохнул – вырубило его всего на полчаса. Хотя, даже за такое время в лагере могло произойти то, ради чего Сергей собирался сидеть здесь весь день. Правда, он совсем не знал, чем это должно быть.

Всё последующее время Стужев провёл, не сводя глаз с лагеря и не переставая молиться Незебу. Тем не менее, ничего не происходило и под конец своего задания лейтенант разволновался не на шутку, решив, что ключевой момент он таки прозевал, находясь в бреду. Стрелки часов указали на семь вечера и на то, что Сергею пора отчаливать.

По пути в часть Стужев простился сперва со званием, потом с дружбой и признанием во взводе, а на подходе к периметру уже и с жизнью. Вот он штаб – там его ждут с отчётом. Лейтенант добрался до нужной комнаты и приготовился к неизбежному.

– О, Серёга, наконец-то! – на пороге его встретил капитан. – Ну? Как оно?

– Я... мне не о чем доложить, у меня только записи о...

Сергей не успел договорить, так как в разговор встрял Ремнёв:

– Не мудрено-с, всё веселье головорезам досталось. До тебя просто не добрались.

– То есть, я зря там сидел всё это время?

– По губам за такие слова, – одёрнул лейтенанта Поверкин. – Ты являл собой подстраховку. Только это порой и спасает ситуацию.

– Тогда я должен буду тебе коё в чём признаться, Игорь.

– Я слушаю.

– В казарме.

В модуле Поверкин пригласил Сергея к себе, в канцелярскую.

– Меня вырубило на задании, – отрешённо произнёс Стужев.

– Ты что, не спал ночью, как я тебе советовал?

– Спал. Меня сонный жук укусил, я свалился, – Сергей глянул на капитана, у того был очень встревоженный вид. – Но всего лишь на полчаса...

– Жук?

– Да... я его...

– Задавил?

– Нет, вот он, – Стужев достал склянку с пойманным насекомым.

– Фу-у-ух, – облегчённо выдохнул Игорь. – Я уж думал, у тебя ума не хватило.

– Обижаешь... А чего ты так? Мы же наловили на прошлой неделе с десяток.

– Та я дендрарий опрокинул... Только помалкивай об этом, пожалуйста.

– Понятно, – всё ещё с опаской в голосе протянул лейтенант. – А то, что я вырубился на задании, тебя не смущает?

– Поскольку фатальных последствий это не повлекло – нет. Тебе урок на будущее, ты ведь, небось, почувствовал, как он тебя цапнул, но должного внимания не уделил, правду говорю?

– Сейчас уже трудно вспомнить.

– Но струхнул ты, надо понимать, довольно крепко?

– Есть такое.

– Значит, запомнишь навсегда. У меня поводов для беспокойства нет, но и похвалы ты не заслужил. Свободен.

Если бы у Сергея были уши, как у овчарки, сейчас бы они поникли, очень чётко указывая на его настроение после разговора с капитаном. Внешне было незаметно, но Стужев очень глубоко в душе обладал тонкими ранимыми чувствами, особенно, если речь шла об отношении со стороны неравнодушных ему людей. А по недовольной мине Поверкина было понятно, что он думает о лейтенанте. Не фатально, но обидно. «Первый блин всегда комом» – подумал про себя Сергей.

* * *

После не самого удачного дебюта Сергея в выполнении сольных заданий, Поверкин, будто издеваясь, стал подбрасывать такие же снова и снова. Стужеву было, как ясный день, понятно, что это какая-то метода капитана, помогающая натаскать некоторые его отстающие навыки. Сначала было непривычно – уж сильно Сергей сроднился с командой. Но спустя некоторое время лейтенант привык настраиваться на соответствующие условия. А потом случилось то, чего так ждал Игорь.

Сергей раскрыл свой главный талант и занял в группе Поверкина место полноправного члена команды, а не простой боевой единицы. Никто во взводе не обладал настолько обострённой интуицией, как лейтенант. Именно одиночные задания помогли Стужеву научиться прислушиваться к этому чувству и принимать правильные решения. И этим своим умением лейтенант довершил состав диверсионной группы, как ювелир полирует готовое изделие.

 

• Глава третья. Часть вторая. Вдали от привычного

Оглавление


Дата публикации:

23 мая 2015 года

Электронная версия:

© Сумбур. Худ. литература, 2001


В начало сайта | Личности | Худ. литература | Страны и города | Деликатес | Разное
© МОО «Наука и техника», 1997...2017
О журналеКонтактыРазместить рекламуПравовая информация
Яндекс цитирования сайта smbr.ru
Яндекс.Метрика